Санкции на пределе веры

Эта статья — попытка разобраться, что на самом деле стоит за громкими формулировками 18-го пакета: прорыв в санкционной архитектуре или очередная корректировка устаревших механизмов?

Пакет санкций Евросоюза против России, принятый 18 июля 2025 года, может показаться очередным бюрократическим ритуалом. Словакия в последний момент сняла вето, брюссельские канцелярии оживились, а заголовки ведущих западных изданий вновь синхронно прозвучали как хор: «ЕС усиливает давление». И всё бы ничего, если бы за этими решениями реально стояла действенная стратегия. Но за внешней торжественностью формулировок возникает резонный вопрос: чем отличается этот 18-й пакет от предыдущих? И способен ли он действительно изменить правила игры?

В пакете акцент делается сразу на несколько фронтов — от нефтяного экспорта и морской логистики до банковских операций и технологических цепочек. Добавляются меры против «теневого флота», отключение ещё 22 российских банков и усиление контроля над сделками, касающимися нефтепродуктов из третьих стран. Но это далеко не первая попытка: с 2022 года таких пакетов было уже семнадцать, и российская экономика, вопреки ожиданиям, продолжает адаптироваться и развивать альтернативные маршруты.

Собеседник автора поднимает чашку кофе и лениво комментирует:

— Миф о чудесном санкционном рычаге живёт дольше, чем евро-доверие к механизмам его реализации.

— И всё же, — парирует автор, — давай посмотрим глубже. Что конкретно нового в этом пакете? И где шансы, а где — просто повторение старых песен?

Ключевые изменения: что именно вводит 18-й пакет

В отличие от многих предыдущих санкционных волн, 18-й пакет не делает ставку на одиночные «точечные удары». Наоборот — он построен по принципу массового покрытия: перекрытие обходных маршрутов, контроль за происхождением нефтепродуктов, изоляция финансовых каналов и даже попытка давления на переработку российской нефти вне пределов РФ.

Новый ценовой механизм: прощай $60

Одним из главных элементов пакета стала замена фиксированного потолка в $60 на динамический механизм, при котором цена на российскую нефть ограничивается уровнем на 15 % ниже средней рыночной. Текущий ориентир составляет примерно $47,6 за баррель Urals.

Цель нововведения очевидна: прежний потолок был неэффективен. Российская нефть спокойно продавалась по $65–70 за баррель, особенно в сделках с Индией и Китаем. Новая формула якобы должна адаптироваться к рыночной волатильности и обнулять эффект спекуляций.

Однако, механизм по-прежнему зависит от реального соблюдения странами G7 и контролирующими органами морских поставок. А значит — те же проблемы, что и прежде: фальсификация документов, перегрузка нефти в открытом море, манипуляции с флагами.

Автор замечает:

— Цена теперь «умная», только вот выполнять её должны те же люди, которые ничего не могут сделать с теневым флотом.

Собеседник хмыкает:

— Ну так на всякий случай добавили ещё сотню судов в черный список. Чисто для ритуала.

105 судов в “чёрной книге”

В список так называемого «теневого флота» добавлены ещё 105 судов, замеченных в перевозке российской нефти с обходом санкционного режима. Общий список теперь превышает 400 единиц. Это танкеры, зарегистрированные в Панаме, Либерии, на Маршалловых островах — странах с мягкими флаговыми режимами.

ЕС пытается не только запретить этим судам заход в европейские порты, но и требует от стран-посредников отзыва флагов. Однако эти усилия остаются в пределах декларативных мер, поскольку доказательства участия судов в санкционном обходе часто основаны на спутниковых снимках и косвенных данных.

Автор с иронией вспоминает старую байку:

— У каждого капитана теперь, говорят, три комплекта бумаг: один — для ЕС, второй — для китайской таможни, третий — для настоящего покупателя. Настоящее шапито.

Блокировка 22 банков: сколько в этом удара?

В новый список попали 22 российских финансовых учреждения, в том числе банки, ранее использовавшиеся как транзитные каналы. Кроме того, ограничены любые операции через Российский фонд прямых инвестиций (РФПИ).

Однако стоит отметить, что ключевые игроки — Сбербанк, ВТБ, Газпромбанк, Россельхозбанк — были под санкциями ещё ранее, и сохраняют схемы работы через китайские и ближневосточные платёжные коридоры.

Эффект от новых банковских ограничений будет лишь вытеснять транзакции в криптосферу, P2P и электронные валюты. Российская инфраструктура давно адаптировалась к этим условиям.

Слепое пятно санкций: нефтепереработка вне РФ

Среди нововведений, упомянутых в 18-м пакете, особое место заняло то, что ранее редко формулировалось напрямую: ограничение импорта нефтепродуктов, произведённых из российской нефти на территории третьих стран. Это особенно касается Индии, Китая, Турции, Малайзии.

Под ударом оказались, прежде всего, индонезийские и индийские НПЗ, а также российские компании, действующие за пределами РФ. Один из ключевых примеров — индийский завод Наяра Энерджи, в котором доля «Роснефти» превышает 49 %. Именно он в последние два года был замечен в масштабной переработке сырой российской нефти, с последующим экспортом в ЕС в виде бензина, мазута и дизельного топлива.

Но возникает сложный правовой и технический вопрос: можно ли доказать происхождение сырья, особенно если оно было смешано с нефтью из других источников?

Однако пока механизм определения происхождения остаётся на стадии деклараций. Единственным технически рабочим методом мог бы быть изотопный анализ сырья, но его не используют даже в случаях военной контрабанды.

Цифровой рубль и криптовалюты: конец банковской логики

Пожалуй, главный вызов всей банковской части санкций — не в перечне заблокированных учреждений, а в смене парадигмы транзакций.

Переход к цифровому рублю

Начиная с весны 2025 года, российское правительство ввело режим ускоренного внедрения цифрового рубля, сделав его обязательным для всех расчётов с госкомпаниями, включая «Газпром», «Роснефть» и оборонный сектор. Операции проводятся через платформу Центробанка и защищаются по модели закрытого цифрового кольца.

Цель — уход от SWIFT, Visa, Mastercard и даже собственных коммерческих банков. Расчёты осуществляются напрямую между цифровыми кошельками компаний, что делает невозможным санкционное перехватывание транзакций. Более того, расчёты с рядом стран, включая Китай, Иран и ОАЭ, уже происходят в цифровых валютах — рублях, дирхамах, юанях.

Новая философия: P2P и криптобартер

Дополнительно к цифровому рублю, активизировалась инфраструктура криптобартерных сделок. В России открываются лицензированные хабы для операций в Ethereum и Tether, замкнутые на офшорные каналы в Азии. На практике это означает: российская компания продаёт сырьё за stablecoin, обменивает его на товары — без участия банков.

Санкции убивают 20-й век. Мы теперь наблюдаем 21-й: без SWIFT, без банк-корреспондентов, без traceability. Только блокчейн и взаимное доверие.

Чем отличается 18-й пакет от всех предыдущих: впервые или снова?

На первый взгляд, новые меры Евросоюза кажутся масштабными и новаторскими. Но каждый, кто внимательно следит за санкционной хроникой с 2022 года, имеет право на скепсис. Слишком многое мы уже видели: нефтяное эмбарго, SWIFT, блокировки товаров двойного назначения, запрет на экспорт электроники, заморозку активов. Что же нового в 18-м пакете?

Разберём по пунктам.

Ценовой потолок: снова? Нет, чуть умнее

Фиксированный потолок в $60 на нефть Urals был введён ещё в конце 2022 года — и довольно быстро обесценился как инструмент, потому что российские компании спокойно продавали нефть выше этой отметки через аффилированных посредников, особенно в Азии. Поставка шла по реальной рыночной цене, но в документах фигурировала формально «санкционированная».

Именно неэффективность прежней модели потолка стала причиной его полной реформы в 18-м пакете. Теперь он «плавающий» — 15 % ниже рыночной стоимости марки Urals. Это попытка сделать инструмент саморегулируемым и чувствительным к колебаниям.

Без верификации данных о продажах механизм снова может стать декларативным, но не рабочим. Всё упирается в вопрос контроля за происхождением и ценообразованием, а не в саму цифру.

Теневая флотилия: а раньше о ней не знали?

Упоминание 105 новых судов, добавленных в «чёрный список», вызывает почти ироничную реакцию. Ведь еще в 2023 году The Guardian и другие СМИ писали, что российская нефть массово перевозится флотом без AIS-трекеров, через перегрузки на рейде и с липовыми флагами. Это не новость, а подтверждение давно известного.

Тем не менее, впервые в документах ЕС появляется не просто абстрактный термин «теневой флот», а формальный список судов с привязкой к техническим данным: номера IMO, маршруты, схемы перегрузки. Это, по данным Consilium, важное расширение санкционной правовой базы. Оно даёт основание не пускать такие суда в порты, отказывать в страховании и отзывать флаги удобства.

Таким образом, отличие здесь не в сути, а в формализации инструмента, превращении его из журналистского термина в юридический.

Банки: дублируем или углубляем?

В предыдущих пакетах санкции касались:

• Сбербанка, ВТБ, ВЭБа

• Альфа-банка, Открытия, Совкомбанка

• Отдельных fintech‑структур

Однако многие посредники, особенно в аграрной и транспортной сфере, продолжали работать. 18-й пакет впервые включает вторичный уровень: региональные и нишевые банки, ранее остававшиеся вне зоны внимания — а также структуры, обслуживающие экспорт по серым схемам.

Плюс — блокировка РФПИ, который часто работал как финансовый посредник в азиатских инвестициях, особенно с ОАЭ и Китаем. Это отличает 18-й пакет: он не только повторяет список крупных игроков, но «вычищает подвал» банковской системы.

Однако, всё это снова опирается на классическую банковскую логику. Тогда как Россия ушла далеко вперёд — в цифровую и криптовалютную архитектуру.

Нефтепереработка за пределами РФ: действительно новое

Вот здесь аналитики сходятся: попытка санкционировать переработку российской нефти на иностранных НПЗ (например, в Индии, Китае или Турции) — действительно новый инструмент, который прежде не использовался по причине сложности доказательства происхождения. Впервые упоминается прямая привязка к НПЗ, а не к стране, что расширяет зону действия ЕС даже на «внешнюю территорию».

Ранее нефтепродукты, произведённые из российского сырья, проходили как «нейтральные» — и спокойно поставлялись в ЕС. Теперь же санкции предполагают принцип происхождения по сырью, а не по географии переработки.

Но главный вызов — как это проверить? Даже в случае индийских заводов это будет юридически уязвимо: ни один экспортёр не укажет в документах «российское происхождение», особенно если нефть «разбавлена».

Адаптация России: как санкции обходятся на практике

Если 18-й пакет санкций — это карта новых ограничений, то реакция России — это атлас путей обхода. В последние два года Москва не просто научилась нейтрализовывать удар, но и институционализировала обход санкций: через собственные финансовые инструменты, логистические схемы, дипломатическое давление и цифровые платформы. Эта часть — попытка систематизировать весь ответ РФ на санкционную архитектуру Запада.

Электронный рубль: госкапитализм без посредников

Как уже отмечалось ранее, запуск цифрового рубля (CBDC) с середины 2024 года стал крупнейшей структурной реформой российского финансового сектора. В 2025 году электронный рубль стал обязательным для госрасчётов в сфере энергетики, вооружений и внешней торговли с недружественными странами.

Фактически, речь идёт о замкнутой цифровой платформе, где Центробанк РФ выступает не как регулятор, а как единственный оператор и удостоверяющий центр. Это ликвидирует зависимость от SWIFT, отчитывающихся коммерческих банков и даже от Visa/Mastercard.

Платежи становятся неотслеживаемыми для западной финансовой разведки, поскольку проходят по внутренним сетям (под видом «государственного расчёта»), а сделки фиксируются в закрытом реестре.

Нефть без флагов: теневая логистика нового поколения

Согласно слухам, в 2025 году объём “теневого флота” России превышал 800 судов, включая нефтеналивные танкеры, платформенные перегрузочные суда и контейнерные транспортеры. Большинство — под флагами Либерии, Панамы, Камбоджи, Тувалу и Маршалловых островов.

Классическая схема обхода:

1. Отгрузка Urals из портов Новороссийска, Приморска или Усть-Луги.

2. Перегрузка в международных водах на другое судно (STS — ship-to-ship transfer).

3. Изменение флага и фиктивного маршрута.

4. Доставка в порт Индии, Китая, ОАЭ, Малайзии — уже под видом «нефть смешанного происхождения».

Большая часть судов не использует AIS-трекинг, и маршруты не могут быть подтверждены в моменте. Более того, на черном рынке страхования работают десятки брокеров, готовых выдать «фиктивные декларации о происхождении».

Индийский реверс: переработка в Наяре

Один из важнейших логистических узлов — индонезийский и индийский НПЗ, особенно Nayara Energy (49,1 % принадлежит «Роснефти»). Сотни тысяч тонн Urals перерабатываются в дизель и бензин, которые затем поставляются:

• в Африку,

• в Азию,

• в Евросоюз — под видом «индийских нефтепродуктов».

Нефтепродукты, не подпадающие под эмбарго, проходят сертификацию в Сингапуре или через биржу в Роттердаме. Таким образом, Россия превращается из экспортёра сырья в скрытого экспортёра переработанной продукции.

Криптобартер и офшоры

Наконец, в обход банковского контроля активно используются stablecoins (USDT, USDC), частные криптоканалы и бартерные схемы через офшоры:

• Биржи в Дубае, Гонконге, Бишкеке обеспечивают мгновенные свопы между рублями, USDT и товарами.

• Компании из РФ заключают контракты не на валюту, а на «натуральные обязательства» — например, поставка нефти в обмен на чипы, станки, детали.

Многие «сделки» вообще не проходят через банковскую систему, а оформляются через посредников в Казахстане, Киргизии, Вьетнаме.

Промежуточный итог

Почему именно сейчас? Политическая динамика внутри ЕС

Словакия снимает вето: сделка или шантаж?

Принятие 18-го пакета могло снова затянуться — и не случиться вовсе, если бы не внезапный разворот Словакии. Правительство Роберта Фицо, традиционно выступающее с пророссийской риторикой и требующее «умных санкций вместо массовых», сначала заблокировало голосование в Совете ЕС. Но 18 июля 2025 года вета не оказалось.

Что случилось?

Cнятие вето произошло после закрытых консультаций с представителями Еврокомиссии и Германии. Источники внутри ЕС намекают, что Словакии предложили послабления в распределении фонда на восстановление экономики, а также — неофициально — гибкость по энергетике (в частности, по контрактам с MOL и ČEZ).

Автор иронизирует:

— Санкции санкциями, а газ по расписанию.

Собеседник отвечает:

— Принцип «ты нам за санкции — мы тебе за транспорт» снова сработал.

Германия: перемена риторики

Германия, долго балансировавшая между прагматизмом и давлением со стороны союзников, впоследствии поддержала 18-й пакет. Это стало возможным после упоминаний немецкими официальными лицами (например, Я. Вадефулем) необходимости ужесточения санкций, подчёркивая, что «Путин не заинтересован в мире»

Поддержка пакета со стороны Германии объясняется рядом факторов:

• Нарастающее давление со стороны Украины.

• Скандалы с обходом санкций через дочерние предприятия Siemens в ОАЭ.

• Давление со стороны оппозиции и общественного сектора.

Франция: осторожная поддержка

Франция традиционно занимает позицию “санкции с оглядкой” — жёсткие, но сбалансированные. В этом пакете она поддержала идею динамического потолка. Что касается запрета на нефтепродукты из третьих стран (например, индийской переработки), Франция не выдвигала препятствий публично, но и не возглавляла кампанию за включение таких мер, предпочтя дать ключевую инициативу таким странам, как Польша и Литва.

Венгрия: ритуальное бурчание

Венгрия продолжила курс конструктивного несогласия — не блокируя, но заявляя, что санкционный пакет может нанести “серьёзный экономический удар”. Хотя прямых публичных заявлений о “переходе граней рациональности” нет, тон официальных предупреждений был ясен — без энергогарантий были бы риски регионального вето.

Собеседник комментирует:

— Орбан снова продал свой протест за продление субсидий на удобрения. Всё как всегда.

Польша и Литва: как всегда — максимально жёстко

Эти две страны давно являются главными локомотивами санкционного давления. Их представители давно требовали требовали:

• полного отключения всех банков от SWIFT,

• запрета на любые расчёты через офшоры,

• включения логистических компаний из Казахстана и Киргизии в санкционные списки.

И хотя часть этих предложений не прошла, именно давление Польши и Литвы позволило расширить санкции на нефтепереработку в третьих странах — уникальный шаг, ранее невозможный.

Баланс компромиссов

Что изменится? Финальная оценка эффективности 18-го пакета

18-й пакет санкций — это, пожалуй, наиболее технически проработанный, масштабный и институционально выверенный комплекс ограничений за всё время с начала вторжения России в Украину. Он расширяет охват, включает механизмы самокоррекции (ценовой потолок), задействует цепочки в третьих странах и отказывается от дипломатической вежливости в адрес «нейтральных посредников». Но означает ли это, что он будет работать?

Что действительно может сработать

1. Систематизация теневого флота

ЕС впервые создал формальный юридический перечень судов, вовлечённых в обход, с перспективой отказа в страховании и отзыве флагов. Это значительно повышает барьеры для логистических схем. Особенно, если к спискам присоединится G7.

2. Снижение доходов за счёт плавающего потолка

При корректной реализации формулы «минус 15 % от рыночной цены» и полномасштабной блокировке нарушителей, российские экспортёры действительно могут столкнуться с сокращением валютных поступлений — особенно если санкции затронут псевдо-трейдеров в Сингапуре и Дубае.

3. Санкции против нефтепереработки

Впервые ЕС признал: нефть — это не только Urals, но и то, что из неё сделано, независимо от страны переработки. Это может сократить серый экспорт через Индию и Балканы — при условии доказуемости.

4. Блокировка второго эшелона банков

Вывод из системы ранее «невидимых» банков и РФПИ ограничивает «запасные ходы» для полуофициальных сделок.

Что вряд ли даст эффект

1. Ценовой потолок без верификации

Как и в случае с первым потолком, если нет инструмента верификации стоимости сделки и маршрута нефти — механизм превращается в декларацию. Контракты переписываются, документы фальсифицируются, бумажный след подчищается.

2. Оценка происхождения нефтепродуктов

Никакой из пакетов не предоставляет технического механизма доказательства происхождения нефти после переработки. Пока в ЕС не появится лабораторный метод идентификации или цифровой реестр, санкции против НПЗ в Индии и Китае остаются символическими.

3. Блокировка SWIFT — запоздалая мера

Российская система уже адаптирована: цифровой рубль, криптобартер, прямые платежи с юанем и дирхамом делают SWIFT платёжной архаикой.

Стратегия Кремля: институциональный обход

Анализ поведения РФ показывает: обход санкций больше не импровизация, а государственная политика.

• Центральный банк — эмитент цифровой валюты и клиринговый центр.

• Министерство энергетики — координатор флотилии и схем перегрузки.

• «Роснефть» и «Газпром нефть» — транснациональные корпорации с гибридной логистикой.

• Посредники — от Индии до Малайзии — встроены в стратегию диверсификации.

ЕС по сути борется не с отдельными схемами, а с новой моделью суверенной торговли вне доллароцентризма.

Финальный вывод автора

Если Евросоюз хочет догнать темпы адаптации России, ему предстоит перейти от бумажного и декларативного контроля к технологическому санкционному мышлению. Это значит:

• Верификация происхождения нефти — внедрение изотопного анализа нефтепродуктов, аналогичного методам нераспространения оружия. Такие технологии уже есть в ЕС, но не используются для санкционного комплаенса.

• Цифровой след — создание единого европейского реестра нефтеперевозок, куда встраиваются данные AIS, спутниковой съёмки, страховых деклараций и контрактов. Только такая база позволит отслеживать теневую флотилию в режиме реального времени, а не задним числом.

• Криптовалютная контрразведка — развитие компетенций по мониторингу криптобартерных схем, через сотрудничество с ведущими блокчейн-аналитическими компаниями (Chainalysis, Elliptic) и международные инициативы FATF. Сейчас P2P-рынки и офшоры практически вне санкционного поля.

Восемнадцатый пакет — это не перелом, но важный сигнал: ЕС научился учиться. Он признаёт собственные провалы, осмысливает уязвимости и пытается двигаться от лозунгов к алгоритмам. Но пока Россия строит альтернативную реальность, ЕС всё ещё корректирует прежние фантазии. Эта гонка — не за скорость, а за глубину.

Использованные источники

1. The Guardian — Санкции ЕС: обновления в реальном времени, 18 июля 2025

2. Bloomberg — ЕС одобрил пересмотренный потолок цен на российскую нефть и новые санкции, 18 июля 2025

3. Financial Times — ЕС нацелился на российский теневой флот и доходы от нефти в рамках санкционного пакета, 18 июля 2025

4. Reuters — Новые санкции ЕС против России направлены на более эффективный нефтяной потолок, 18 июля 2025

5. Associated Press — Санкции ЕС нацелены на российский теневой флот, 18 июля 2025

6. Consilium.europa.eu — ЕС принял 18-й пакет экономических и индивидуальных мер против России, 18 июля 2025

7. The Washington Post — ЕС утвердил 18-й раунд санкций против российской энергетики и банков, 18 июля 2025

8. The Guardian — «Тёмный флот» танкеров, перевозящих российскую нефть в тени, 19 августа 2023

9. Reuters — Министр Германии: нужны дополнительные санкции против России, 25 мая 2025

10. Reuters — Венгрия и Словакия блокируют санкционный пакет против России, заявляет Будапешт, 23 июня 2025